Зона умолчания (сборник рассказов)
На курсе по фантастике Эдуард Веркин сказал мне, что для овладения мастерством написания прозы нужно читать рассказы. Желательно — нефантастические. Рассказы требуют внимания, в них обычно нет лишних деталей. Это тренировка восприятия: замечать подтекст, улавливать интонацию, чувствовать ритм.
Я, конечно же, послушал мастера и закупился несколькими новыми сборниками, а также расчехлил имеющиеся. Сегодня — вкратце — расскажу про сборник «Зона умолчания» из двенадцати написанных специально для проекта рассказов от молодых, но уже имеющих определённые регалии современных авторов.
У каждого сборника есть свой составитель, и здесь это главный редактор книжного медиа «Билли» и книжный обозреватель Максим Мамлыга. Для проекта он выбрал любопытный формат: перед каждым рассказом — эссе о писателе и анкета. Причём порой эти эссе интереснее самих рассказов, из них можно подчерпнуть не только книжные рекомендации, но и познакомиться поближе с тем, как устроена литература в России (в период от начала «десятых» до нашего времени), и какие процессы в ней происходят.
Название у сборника говорящее, так как внутри — то, о чём не принято говорить вслух на широкую публику. Психические болезни и травмы, кризис в отношениях, одиночество, домашнее насилие, харрасмент, произвол во всех его проявлениях и так далее. Иногда слишком прямолинейно, иногда — витиевато, с перегрузкой разными художественными приёмами, но предельно искренне.
Понравилась примерно половина рассказов, а другая половина, вероятно, рассчитана на читателя с другими болями и ожиданиями. Больше всего мне запомнился рассказ Евгении Некрасовой (её роман «Калечина-Малечина» пять лет назад собрал все возможные премии) под названием «Домовая ледышка» — про домовёнка, который пытается выжить в пустой холодной квартире в доме, где зимой сломалась котельная.
У Антона Секисова, препарирующего в своём творчестве тему смерти, получилась интересная зарисовка «Сон кучера». Здесь герою-писателю ударяет в голову мысль, что из-за плохого конца только что сданной в редакцию книги он и сам умрёт, и нужно вернуть её и переписать концовку любой ценой.
Александр Поляринов неожиданно ушёл в почти чистую НФ — жутковатый рассказ «Тестовое устройство для системы удержания пассажиров» про девушку, пытающуюся спасти своего мужа и имплантирующую себе в голову часть его повреждённого мозга на «корректировку».
И я зачитался прекрасной «Объяснительной» Ивана Шипигова, исследующего в своём творчестве разнообразие форм и проявлений русского языка — о том, как можно объяснить потерю смысла жизни через призму отсутствия в магазине любимого спиртного напитка.
Наверное, именно в этом и есть парадокс «Зоны умолчания». Выше я написал, что сборник заявлен как остросоциальный, но для меня сильнее всего в нём прозвучали рассказы, где авторы отворачиваются от внешнего мира и смотрят внутрь. Не про лозунги и диагнозы, а про человеческое одиночество, растерянность, попытку справиться с трудностями современного времени. Может, потому что именно в них слышится настоящая боль — не коллективная, а личная. Считайте меня эскапистом. А, может быть, я сам уже устал от «социалочки» в своей обычной жизни и стараюсь не тянуть её за собой в жизнь литературную…
Так или иначе, «Зона умолчания» — тот сборник, где виден срез определённой, условно «прогрессивной» части современной прозы без прикрас. Иногда болезненно, иногда чрезмерно сложно и многослойно — но живо и честно.
Без оценки